RSS

Много воздуха и свободы

05.12.2014

В марте-апреле в ГБУК г. Москвы «Выставочный зал Богородское» проходила выставка Заслуженного художника РФ Бориса Захарова и его сына — художника Олега Захарова.

Поначалу ее назвали «Пейзажи России», поскольку это название отражает основной жанр представленной живописи и ее основную тематику. Но вскоре переименовали в «Отец и сын». Как пояснила директор зала Наталья Афанасьева, решили в заглавии обозначить сразу многое: родственные отношения, наставничество, преемственность поколений, в том числе в жанровом предпочтении и до некоторой степени в манере письма. 

Москвич в третьем поколении Захаров-старший родился в 1930-м в Сокольниках. И все восемьдесят четыре года живет неподалеку от родного места: то вблизи Казанского вокзала, теперь в Богородском. 

— Я рано научился читать, очень любил книжки про героев разных, богатырей былинных, которые обязательно побеждают. Под впечатлением прочитанного на всем, где можно, рисовал своих богатырей. Рисуночки имели успех, доверили даже оформление школьной стенгазеты. Собственно, это и был мой первый художественный опыт.

Однако Великая Отечественная на время прервала обучение; 7-й класс Борис заканчивал уже в школе рабочей молодежи, работая шлифовщиком на заводе. Но как бы трудно ни приходилось, занятия рисованием не бросил, ходил в изостудию дома пионеров Бауманского района к учителю Вячеславу Руцаю. Умение Захарова перенести образ на бумагу заметили и использовали по полной военные начальники во время прохождения срочной службы в погранвойсках в г. Любомль. Он оформлял агиткомнаты, рисовал плакаты и лозунги на своей и других заставах. Правда, по словам художника, довелось не только карандашом и кистью поработать, но и выполнять боевые задачи с оружием в руках против бандформирований националистов, которые в 50-х годах прошлого века еще орудовали на границе советской Украины с Польшей. 

Вернувшись в Москву, продолжил образование: сперва — техникум, затем — МАРХИ. Гордится Борис Петрович, что, став архитектором, входил в группу под началом Бориса Мезенцева и участвовал в проектировании разных объектов, в том числе жилых кварталов на Юго-Западе столицы. С точки зрения развития художественного вкуса и восприятия он по сей день благодарен преподавателям Руцаю и Леониду Танклевскому, что руководил изостудией в Центральном доме культуры железнодорожников, которую Борис посещал в начале 60-х.

— Понемногу я писал всегда, серьезно же занялся живописью довольно поздно. Однако кто знает, когда рано, а когда поздно? Я через картины выражаю эмоции, настроение, облекаю мысли в некую зримую форму. Мне это необходимо, это — часть моего эго. 

Возможно, простые прямые линии утомляют, а может, отсутствие полного самовыражения, некая недовысказанность чувств подталкивают к этому, но архитекторы частенько становятся художниками, иные — признанными. Захаров не причисляет себя ни к одному известному стилю или течению в искусстве, он желает быть свободным человеком, не подчиняться догмам, традиции, религиозным постулатам… Но у него есть свой Бог, словесное определение которого совершенно не имеет значения. Важно, что эта некая высшая субстанция дает вдохновение, позволяет подняться над суетой. Конечно, ради того надо много работать, писать этюды, ошибаться, переделывать наброски и отбраковывать идеи, нельзя только сидеть сложа руки и ждать, пока вдохновение снизойдет на тебя. Горячая убежденность слышна в голосе Бориса Петровича: 

- Порой годы проходят между замыслом и воплощением. Появляется мысль, начинаешь ее развивать, одолевают сомнения, мучаешься, что-то отбрасываешь, но остается зерно... И если сердце и ум к этому моменту соединились, произошел сплав, все получится! 

Как получилось, например, с картиной «Утро в Ферапонтово». Взгляд притягивает туманное, серое утро, темный силуэт монастыря, шпиль которого вместе с макушками высоких деревьев упирается в чуть более светлое небо. Густое испарение от земли перемешалось с плотными опустившимися облаками и скрыло зарю, слабый отблеск которой легкой позолотой пробивается откуда-то снизу сквозь монастырские окна. Поэтичное произведение, несмотря на монохромность. Его хочется рассматривать, оно будит воображение, и возникает желание заглянуть за завесу тумана, приблизиться к светящимся окнам... 

— Конечно, я могу писать по памяти, но знаю, что можно отступить от правды, поэтому всегда пишу на пленэре. Особенно привлекают образы русской провинции с ее прозрачным воздухом и духом свободы, — признается художник. 

Действительно, в экспозиции персональной выставки представлены виды Каргополя, деревянная церковь ансамбля села Лядины, что в Архангельской области, леса, церквушки, узкие улочки старых городков Подмосковья… Среди них выделяется глубиной, чувственностью, выраженной порой в тонком колористическом решении, порой — в широком экспрессивном мазке, серия пейзажей из Боровска. Оказалось, Захаров пишет Боровск давно и с любовью, стараясь запечатлеть уходящую натуру древнего города, какая осталась в памяти с Великой Отечественной: именно сюда вывезли многих московских школьников, когда Златоглавая подвергалась бомбардировкам. 

На открытии выставки Наталья Афанасьева сказала: «Чтобы проникнуть в сущность природы, надо писать ее в разных состояниях». «Тишина», «Старая аллея», «Весной», «Раннее утро», «Дорога в осенний лес»... Талант и высокое мастерство, по мнению посетителей, позволили Борису Захарову переложить на холст наблюдения за природой и пригласить других к созерцанию собственного понимания того, как откликается все сущее на переменчивость небес. 

Олег Захаров не вторит отцу, он его продолжает, прокладывая, впрочем, свой путь в искусстве.

Ольга ЗАПРУДНАЯ


Если вы нашли ошибку: выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Сообщение об ошибке

Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
*
CAPTCHA Обновить код
Play CAPTCHA Audio

Версия для печати